Herundology in progress

просматривая дахабский альбом
снега в Санкт-Петербурге, а на фотке
старик Дахабыч в пестрой «арафатке»
и ласковы чужие октябри,
на берегу стоишь легко и голо,
смакуя предстоящий diving free
в коралловую дырочку Blue Hole'a

своим подругам северным соври,
что, весь прожарен, как картошка фри,
ты брал Глубины, а у них – глубинки…
колышется верблюжий караван
и безделушкой манит бедуинка:
«buy one, buy one», а слышится «болван»

до счастья оболванен глубиною,
с просоленною сумкой за спиною
ты грузишься в раздолбанный пикап:
- ялла, мой резвый, от лагун и «арок»
до блокпоста, где господин Мубарак
с плаката машет “Welcome to Dahab!”

утренняя зарисовка
Спасибо, Боже, тебе за кошек,
особенно за одну -
маленькую, ушастую, с пятнышком на носу,
безумную, бесшабашную, заводную,
ту, что приходит требовать завтрак в седьмом часу.

Она глядит на хозяина
как сирота на конфету,
а я говорю ей: - кошка, не мучь меня, уходи,
так мало великих поэтов осталось до конца света,
может быть - единицы,
может - всего один.

коктебелю запоздалое
***

мне море говорит с набитым ртом
по-гречески, похоже, и притом
ругается, как матросня в притонах,
о, черное, о, что оно несет,
и сразу видно – перс его не сек,
еврей не рассекал до впадин донных

да где его воспитывать, кому,
не сыщешь воспитателя в Крыму,
куда пойти - к туристам ли, татарам,
давно плевать волнам его, ветрам
на мой укор и красноморский шрам,
и царственную плеть над Гибралтаром

мы с хулиганом этим говорим
о том, что вытек раскаленный Крым
как будто крем из дырочки в эклере
из континента – и застыл едва,
и море выдает порой слова,
что и гребец краснел бы на галере

***

Размышления о некрасивом поступке кошки Агнешки, совершенном 22 июня 2009 года

Стою на кухне - и слезы катятся
как валики по скуле:
ты уронила на пол два кактуса
и маленький суккулент

Кошечка, существо не злое,
скорей любопытное существо,
чем досадило тебе алоэ
и родственники его?

Они твою миску с едой не трогали,
пили раз в месяц, не улыбались в окно проходящим псам,
не ходили кошкиными дорогами,
не читали стихов (за это убил бы сам)

И вот прихожу я с работы, не спавши, не евши,
а на кухне был бой, не хватает только стреляных гильз,
и такая невинная ангел-кошка Агнеша,
возмущенно мяуча, требует корма "Хиллс"

***
cреди морей, в которых двадцать лет
проползала итакская уллитка,
плыви, мой потрясающий корвет,
мое литературное корытко

плыви, плыви, ну что ты не плывешь,
вон, позади, на кабельтов к норд-осту
уже топорщит весла молодежь -
постарше и совсем из девяностых

вон дарит чудо юдо-рыба кит,
вон, протрубив пленительные звуки,
уходит вдаль седой линкор «Бахыт»,
с ним ялики и джонки, и фелуки

но ветру и волне благодаря,
мне весело болтаться на корытке -
я вам пришлю обломок янтаря
и рыбку золотую на открытке

кошка на подоконнике, 1961
Стандартная квартирка в Москве или в Ленинграде -
кошка на подоконнике лежит, разглядывает прохожих,
как вдруг у нее в голове включается радио,
необычное радио «только для кошек»:

«Uwaga, Uwaga, Aсhtung, Aсhtung, Внимание всем хвостам!!!
Attention, Attention, кошки мира, мы обращаемся к вам!

Вчера Гагарин своим кораблем проделал в небе дыру,
уходит воздух, кончается воздух, скоро мы все умрем,
закончится воздух часам к четырем, тогда мы все и умрем!»
Кошка думает: - Странно. Неужели и я умру?

«Убежать нельзя, переждать нельзя и
заделать дыру никак.
Погибнут птицы, жирафы, потом хозяин,
дальше очередь крупных собак…
Повезет лишь рыбам в морях самых дальних,
дельфинам, подводникам и китам»

Тогда кошка лезет в пододеяльник,
она всегда спасается там.

так не будет!
а утром, путаясь в показаниях,
в полутемной комнате, где на столе нацарапано "жора плюс вова",
он твердил, мол, прогуливались по Казани,
несли казанцам литературное слово,
пили коньяк с какой-то местной братвой,
не сошлись в вопросе "анжамбманы в поэтике Бродского",
дошло до драки, кого-то порезали золингеновской бритвой,
двоих увезли на джипе, третьего бросили,
снова пили коньяк, говорили об актуальной поэзии,
хотели литературное слово дальше нести по Казани,
опять повздорили, снова кого-то порезали,
потом явились архангелы и всех повязали

вечер молодой поэзии страны Ф.
В цветастой юбке поверх джинсов
молодая поэтесса-суомка
читала нам про Вирджинию.
На столах поджидала семга

вином полнели фужеры,
пестрел креветкой салатик,
как хороши фуршеты
в финском их консулате!

Мы бредили семгой розовой,
и, право же, пустяки,
что поэты читали прозу,
а думали про стихи.

Простое стихотворение
Вот серое пальто
С большим воротником,
Два дня тому назад
Я думал о таком.

А нынче в магазин
Зашел – и вижу – ба!
Как раз мое пальто
И, стало быть, судьба.

И, стало быть, купил -
Теперь гляжу тайком
На серую судьбу
С большим воротником.

на дорогах
Там фольксвагены, хонды, иные
паучки, открывалки пивные,
у меня была тоже одна,
у меня темно-синяя с чайкой,
нацарапанной кем-то на счастье
темно-синей поверхности на.

С этой чайкой мы часто летели
по Шпалерной, но был на Литейный
очень долгий затем поворот,
это ехал чиновник под утро,
чуть поддатый и властью поддутый,
по Шпалерной Литейного от.

Девичья печальная
А я дура, я дура, наверное,
дура я восемнадцати лет,
повстречала я тело военное -
все в зеленом, а сверху брюнет.

Он назвался секретным ракетчиком
стратегических ядерных сил,
и шинель мне накинул на плечики,
и утешить его попросил.

Ах, какая была в нем уверенность,
как он страстно меня захотел...
Положительный тест на беременность
на погоне его золотел.

***
бессмертный человек идет по коридору,
включает в ванной свет бессмертною рукой,
и мертвая вода, насыщенная фтором,
коснувшись рук его, становится живой

вот он полощет рот, а зеркало над ванной
показывает фильм про зайку в сундуке,
про то, как в кабаках вовсю храпят Иваны -
дурак на дураке

кощеева игла, о, спящие нечутко,
придумана для вас, а правда такова:
я жив, пока жива моя зубная щетка,
пока она жива, она пока жива

сказка-импровизация про девочку и паровоз
Одна девочка, Пипа Каштанко, была очень прилежной ученицей. Папа хотел, чтобы девочка стала бухгалтером, а мама - стриптизеркой. Но Пипа всегда мечтала водить паровозы. Вечерами девочке приходилось обманывать родителей - маме она говорила, что идет в стриптиз-клуб, а папе, что на курсы аудиторов. Сама же Пипа шла в паровозное депо и часами просиживала рядом с железным другом - старым потертым паровозом Аркадием. ( и вот что было дальше )

Поучительная сказка о дружбе
Жили-были три закадычных друга - ежик Билл, овечка Петра и клоп Сулейман. Дружили они с самого детства, росли вместе, играли на дворе в лапту и "угадай мелодию". Ежик отличался энциклопедическими знаниями по физике, овечка была сильна в музицировании, а клоп Сулейман не знал равных в прятках и дзю-до.
Однажды друзья гуляли по двору и закапывали "секретики". Неожиданно поднялся ураган, и забор, окружавший дворик, повалился.
- Чем не повод отправиться в путешествие?!! - воскликнула Петра.
- Да! Да! - бодро согласились ежик и клоп.
Сказано-сделано. Наскоро собрав вещи, отважная троица поспешила навстречу неизведанному.
( дальше - страшнее )

Чайка
под ветра колокольчик дар валдая
парит на монгольфьере левитант,
внизу стреляет чайку Левитан
и плачет Чехов, это наблюдая

вот монгольфьер уносится к садам,
большой писатель замер перед вишней:
- Продать? Пожалуй, все таки продам,
едва уйдет художник передвижный

ну как не сочинять в России пьес -
тут вся земля идеями брюхата,
тут есть сады, художники и лес,
и человек летает крыльев без,
и птица спит на занавесе МХАТа

Нож
Друзья звонят все реже,
придется одному
болтаться по Разъезжей,
по Загородному.

С тоскою бестолковой
о женщине одной
спущусь в подвал торговый
и нож куплю складной.

Стеклом укрытый, годы
нетронутым проспав,
железа с углеродом
чистопородный сплав

удобно в руку ляжет -
котенок и клинок -
ты мой навеки, я же
теперь не одинок.

Поберегись, прохожий,
хозяина клинка -
он чуть Парфён Рогожин,
он идиот слегка.

перебирая газетные архивы
Затоптыч и Петушон

Дорогая редакция газеты «Русские Ведомости». Напечатайте, пожалуйста, эту историю про маленького сельского героя. А если не верите тому, что мы вам пишем, шлите сюда своего корреспондента, пусть сам убедится, что все нижесказанное есть сущая правда. ( Read more... )

Advertisement